Жозиан Баласко: Я себя сделала из ничего! / Josiane Balasko

В детстве она мечтает стать художницей и посещает школу графического мастерства, однако затем начинает пробовать себя в написании фантастических рассказов и оказывается на театральных курсах Тани Балашовой. Одноклассники наделяют ее прозвищем "мозг", а результатом бури хохота в зале после ее появления на сцене в спектакле "Федра" стало решение Жозиан отказаться от драмы и сменить амплуа.
Она пишет свой первый сценарий "Когда я вырасту, то стану параноиком" - в этом выразительном названии вполне отражен тот едкий и довольно грубый юмор, который всегда будет свойственен этой удивительно энергичной и разносторонней женщине.
Первые роли в кино проходят практически незамеченными, однако участие в экранизации "Загорелых" моментально превращают Жозиан в звезду национального масштаба. Впрочем, становиться исключительно киноактрисой она не собирается - трезво относящаяся к своей отнюдь не звездной внешности Баласко сама называет себя "анти-секс-символом" и сосредотачивается на другом. (источник)

Я очень люблю свою работу. В ней смысл моей жизни. До моего появления во французском кино не было женщин, которые играли бы комические роли.

Играть – это каникулы, быть режиссером – работать на износ, а написание сценариев – наименее стрессовая работа.

Я вышла замуж удачно, за того мужчину, который мне идеально подходит, в пятьдесят лет. Для Франции это очень позитивный случай, потому что я - обычная женщина. У меня нет каких-то выдающихся физических данных. Французским женщинам легко идентифицировать себя со мной - не слишком заумная, не принадлежу к элите и не являюсь образцом для рекламы косметики и парфюмерии.

Женщина должна оставаться собой. Я очень плохо себе представляю, что такое загадочная женщина… Это, видимо, все время лицо под вуалью, какой-то макияж соответствующий… Мне это не подходит. Даже когда я была моложе, считала, что меня должны любить такой, какая я есть. Я не буду прилагать чрезвычайных усилий, чтобы стать какой-то другой, каковой я не являюсь.

Я смогла бы отличить очень плохое вино от хорошего, но мне было бы трудно разобраться в трех хороших винах. Не могу считать себя знатоком вин, как, скажем, Жерар Депардье…

Я люблю смешить людей. Когда играю в театре, полтора часа слушаю, как зрители смеются. И потом, после спектакля, некоторые из них приходят сказать мне спасибо за то, что отвлекла их от забот, увела куда-то от их повседневной жизни.

Мне удается похудеть, если это требуется для роли, а когда такой необходимости нет – сложно… (источник)

*
- Вы сыграли в "Актерах" Блие. Что для вас значит этот фильм?
- Это бред Бертрана о тех людях, которых он любит. Он обожает актеров. Изначально он задумал две части - "Актеры" и "Актрисы", но второй фильм снять не смог - первый стоил слишком дорого.

Проклятый газон / Французский твист / Gazon Maudit / French Twist (1995)

Из интервью Жозиан Баласко:
«Проклятый газон» - первый комедийный фильм, который рассмотрел проблему женской гомосексуальности. Всегда же мыслишь и думаешь сравнениями… Почему много картин о мужской гомосексуальности, а о женщинах ничего не снято? И я себе сказала: «Хочу сделать комедию на эту тему», потому что, как правило, лесбиянок показывают либо с трагической точки зрения, либо это откровенная порнография.
Я вдохновилась услышанной как-то историей. Главный герой – мужчина, который очень нравился женщинам, был женат, имел детей. Жена – прекрасная хозяйка, но в один прекрасный момент ей все надоело. На своей работе она встретила лесбиянку и осталась с ней, чтобы показать мужу, как ее все достало.

Сложно было играть роль женщины с нетрадиционной сексуальной ориентацией?
У меня много друзей, и среди них есть лесбиянки. Например, очень известная французская певица Катрин Лара. Она была свидетельницей на моей свадьбе, мы очень хорошо друг друга знаем.
Когда журналисты спрашивают ее: «Что вы в первую очередь замечаете в мужчине?», Катрин всегда отвечает: «Его жену». Однажды я пошла на ее концерт. Там была «панель» лесбиянок всех стилей: спортивные, мужественные, женственные, и я просто выбрала, кого буду играть. Пришла со своим костюмером и показала, как бы я желала, чтобы меня одели.

На французском «Gazon Maudit» - то, что по-английски называют "dyke", лесбиянка. Где-то читала, что название подсказал своей старой подружке Баласко сам мэтр Блие.

Давно мечатала иметь фильм в домашней коллекции. И вот - о, чудо!
Искрометная психологическая трагикомедия – о любви, сексе, гендерных (ненавижу это слово) стереотипах и о том, что только женщина может понять женщину (согласно финалу, видимо, это же относится к мужчинам).
Как и в случае с «Моя жизнь – ад», Баласко выступила и сценаристом, и режиссером (это ее 4-й фильм как режиссера) и исполнительницей главной роли.

...Лоли (Виктория Абриль/ Victoria Abril) – знойная испанка – влюбилась во француза Лорана (Ален Шаба/ Alain Chabat) и ради него бросила всё: страну, друзей, занятие танцами.
Прошло несколько лет. Пригород Авиньона, красивый дом, счастливая (?) семья Лафай – Лоран, Лоли, их двое детей.
Правда, Лоли обречена на скучное домохозяйство, у нее нет друзей, а внимания любимого мужа приходится (тщетно) добиваться. Лоран работает агентом по недвижимости и очень устает. Только не на работе – каждая свободная минута отдана погоне за новыми и неновыми женщинами, он не пропускает ни одной юбки. Но, как водится, о его похождениях известно всему городу, кроме жены.
Она, правда, застукала его с любовницей в собственной супружеской постели: «Но он так извинялся... И потом – один раз...»

В один прекрасный день у дома супругов сломался ярко раскрашенный фургон (Куплен у хиппи) и водитель обратился за помощью к Лоли. Водителем оказалась колоритная лесбиянка-буч Марижо (потрясающая Жозиан Баласко/ Josiane Balasko демонстрирует чудеса перевоплощения). Мужская прическа, повадки, одежда. Марижо моментально пленилась сексапильной испанкой, а скучающая и неизбалованная вниманием Лоли радостно включилась в игру... «Если бы ты любила женщин, тебе не пришлось бы бросать танцы,» - замечает Марижо в ответ на невеселые откровения Лоли. Сцены соблазнения испанки лесбиянкой очень романтичны. Кстати, Лоли-Абриль в фильме сопровождает чудесная испанская музыка, еще плотнее окутывая образ романтическим ореолом.

Вместе с приятелем, Антуаном (Тики Хольгадо/ Ticky Holgado) – таким же бабником, – Лоран глумится над Марижо (ну и уродина, мужик или баба - и т.п.). Однако заметив, что Лоли всерьез флиртует с Марижо – буквально сходит с ума: «Я бы понял, если с мужиком! Но с ЭТИМ? Извращенка!». Ему трахаться налево и направо – почетно; но жена?! «Как она может?!»

Фильм вообще насыщен точно подмеченными нюансами отношений мужчин и женщин.

Лоли раскаивается и валяется у мужа в ногах. Он взбешен и забывает о донжуанских планах. Антуан ненароком выдал друга: рассказал Лоли про бесчисленные интрижки. Теперь в ярости она, переспала с Марижо и оставляет ее в доме.
Увидев, что «пока я там – моя жена тут, да еще и с бабой» - Лоран теряет голову от горя. Ищет утешения у престарелой проститутки, которая дает ему мудрый совет, потрясающий своей новизной: «Надо показать любимой, что ты ее любишь». (Вспомнился маниакально-депрессивынй герой Николсона из «Лучше не бывает» - «Где вы набрались этой пошлости?»). В общем, Лоран совету внял и терпеливо ждет прощения от Лоли.
Добрая Марижо в постели уговаривает Лоли простить Лорана, что Лоли и делает с большим удовольствием (Ты же сама просила меня его простить! – Но я не просила спать с ним!).

В фильме множество забавных ситуаций, связанных, прежде всего, с соперничеством и взаимной ненавистью «альфа-самцов» - Лорана и Марижо. Очень смешной момент, когда они разбивают друг другу носы, а сексапилка-Лоли в фартуке на голое тело нежно ухаживает за своими «супругами».
Создан удивительный тройственный союз: Лоли придумала выход – три дня с одним, три с другим, один день - выходной. «Мужчины» согласны – они ведь ее любят...
Так они и жили, пока не появились подружки Марижо, лесбиянки. Кстати, её «бывшую» играет Катрин Хигель (Catherine Hiegel) – Смерть из «Отбивных» Блие. («А я всё-таки поеду на такси...»)
Теперь пришло время Лоли ревновать. Все измотаны. Марижо печально соглашается уехать, если Лоран сделает ей ребенка (Мне 40, я не могу ждать). Лоран хохочет, потом перестаёт...
Прошло время. Лоран стал примерным мужем. Бабник-Антуан тоже раскаялся – однажды к нему в контору нагрянула юная милашка, которую он с ходу начал «кадрить»... «Я твоя дочь. Хотела проверить, правду ли о тебе мама рассказывала...»

Но история не закончена.
Лоли в парижском поезде встречает подружку Марижо, и та сообщает: «С ней всё в порядке. Уже скоро – восемь месяцев!» Речь идет о беременности Марижо. Лоли в ярости: за ее спиной муж трахнулся с её любовницей! Лоран мчится к ней в Париж и они вместе отыскивают ночной клуб, где диджеит толстопузая Марижо. Лоли настаивает: Марижо поедет с нами! Лоран отбивается, но потом соглашается...
Идиллия: Лоран перед уходом на работу лижется с любимой женой. Потом заходит в соседнюю комнату проведать Марижо с дочерью (Папа уходит! - Купи памперсов!) - как мило.

Вообще, у Баласко как-то провисают пред-финальные сцены. Начало фильма – дивное, а потом накручиваются какие-то невнятные невероятности... Получается мешанина, которую после фильма припомнить нелегко. (Похожая ситуация с «Моя жизнь – ад»).
Но на этот раз самый финал запоминается – забавным ходом: Лоран намерен купить дом, а продавцом – ну, конечно! - оказывается приторный испанец-гей. Он уверенно флиртует с заробевшим Лораном и, несомненно, войдет в его семью, чтобы уравновесить гомо-парочки.

Моя жизнь - ад / Дьявольская жизнь / Ma vie est un enfer / My Life Is Hell (1991)

Когда-то давно посмотрела этот фильм по телевидению. С тех пор люблю обоих актеров – и Баласко, и Отея.

В этой черной комедии дуэт Баласко-Отей просто блистателен. Взяв за основу легенду о Фаусте, режиссер Баласко фирменно-ядовито высмеивает стереотипы современной жизни, прежде всего зависимость женщин от трафаретов внешности, навязанных глянцевыми изданиями и масс-медиа, а также прозрачность - если не условность - грани между добром и злом.

Начало фильма весьма впечатляет – особенно, думаю, тех, кто знаком с мучителями-дантистами не понаслышке. Леа (Баласко) – ассистентка дантиста, слишком чувствительна для такой работы (под рукой беруши, чтобы не слышать вопли пациентов) и для такого невыносимого хама-начальника. Она – одинока, стеснительна и невзрачна. Единственная отдушина – посещения психиатра (Ришар Берри). Он тихонько занимается своими делами, например, составляет список покупок, пока Леа откровенничает о своих снах (Вы были в таких маленьких трусиках) и о том, что «Это было последнее половое сношение – полтора года назад. А когда мы вернулись, он заставил меня застраховаться...».
Еще у Леа есть неприятный сексуально озабоченный сосед – любитель порно, надувных тётенек и кокаина.
Что за фильм?
«Шепоты и крики»
Я видел. Только мало крупных планов и актрисы худые.
Вы перепутали, это другой.
Ну как же! «Чмоканье и вскрики»

А мамаша у Леа! Дивная дама-эгоцентричка, уверенная в своей неотразимости, несмотря на возраст – смахивает на Люсеньку Гурченко на старости лет. Она ведет себя, словно ей не 60, а 20 – что выглядит чудовищно.
В день, которым начинается фильм, Леа отмечает 35-летие – одинокий невеселый день рождения. Даже мать, как оказалось, зашла к ней случайно – позабыв про дату...
В общем, жизнь Леа – ад. А она так бы хотела быть красивой, привлекательной, соблазнять мужчин – прежде всего, своего психоаналитика!
Но вот жизнь ее круто меняется. Мамуля оставила у нее ужасное старинное зеркало; Леа прочла странную надпись на раме – и тем самым вызвала весельчака Абаргадона (Можно Абар, так короче) – дьявола из пятого круга ада.

Насилие не доставит вам никакого удовольствия – я не буду отбиваться, но и распалить вам меня не удастся. Ничего приятного.

Абар убеждает ее подписать с ним контракт. Леа соглашается неохотно, а ведь контакт предписывает исполнение любых ее желаний! Она становится сногсшибательной блондинкой (Вот только мой словарный запас... Не кажется, что маловат?).
С помощью Абара Леа удается всласть отыграться на корыстном психоаналитике (Я понял, чего не хватает женщинам: члена!).
Однако оказалось, что Абар всё перепутал: контракт должна была подписать мать Леа (Всё для моей матери! Опять для матери! – стенает Леа), владелица зеркала. Архангел Гавриил (монументальный Майкл Лонсдейл / Michael Lonsdale очень убедителен) аннулирует контракт, а позднее и вовсе обращает непокорного Абара в смертного (Ну, вот, началось: тут чешется, там колет!), который должен через 3 месяца умереть. Леа, влюбленная в Абара, вымаливает у Гавриила смягчение приговора и выбивается из сил, пытаясь спасти его душу. Интересно, что в крошечной роли священника выступил сам мэтр Блие (Bertrand Blier), с которым Баласко успела поработать в «Слишком красивой для тебя».

Признаться, складывается впечатление, что сюжет запутан, местами фильм кажется неоправданно затянутым, финал несколько неубедителен. Меня утомило появление парочки Леа-Абар в негритянских трущобах с последующей предлинной - гневной и нравоучительной - речью Леа в очереди за пособием (Надо терпеть! Думаешь, нам всем легко?... бла-бла) и пожаром.
Но всё искупает игра актеров! Я что, тебе не нравлюсь? Вроде выбрал себе отличную внешность! – говорит Абар-Отей, и он прав. Он великолепен. Не говоря уж о дьявольской, искрометной, вульгарной и прекрасной Жозиан!
Единственное, что коробит лично меня – присутствие в фильме животных. Вообще, исходя из поведения ее героинь, кажется, Жозиан в жизни похожа на свою прожорливую бездушную баронессу из «Либертина».

Would you be my dog? Дидье / Didier (1997)

Наконец-то в домашней видео-коллекции появился этот фильм!
Невероятно добрая и смешная история о лабрадоре Дидье, превратившемся на время в человека. Этот человек-пёс, свободный от пакостных черт, присущих «человеческой породе», унаследовал все лучшие качества собаки. Он оказался преданным, отважным, искренним, непосредственным, добрым – и гораздо более человечным, чем многие «люди». Идеальное создание, любимое всеми – даже кошкой.

Фильм – детище Алена Шаба (Alain Chabat): его режиссерский дебют. А также он – автор сценария, исполнитель песни “Le Dog” и, конечно, гениальный исполнитель главной роли.

Энергичная журналистка Аннабель (Caroline Cellier), уезжая на десять дней в командировку, оставила своего пса Дидье на попечении брата. Флегматичный Жан-Пьер Коста (Жан-Пьер Бакри / Jean-Pierre Bacri) – не слишком удачливый футбольный агент; он немолод, мрачноват и эгоистичен.
Его попытка сплавить Дидье своей подруге Марии (Isabelle Gélinas) не удалась: Вечно ты обращаешься ко мне, только когда тебе что-то надо; и у меня кошка.
Не прошло и пары дней, как по волшебству Дидье однажды утром проснулся в своей корзинке в облике человека (Ну как ты это объяснишь? Сегодня собака, завтра человек. Единственное объяснение – эти буддийские штучки вроде реинкарнации...).
Ален Шаба (Alain Chabat) творит чудеса перевоплощения: все пёсьи повадки - даже взгляд! - переданы им с гениальной точностью.

В фильме множество смешных персонажей и ситуаций: приятель и коллега Жан-Пьера, Шарли (Lionel Abelanski), слегка заторможен, «не от мира сего» - зациклен исключительно на семье: жена беременна (- Дидье? Я не уверена, что это имя нам подойдет), все остальные проблемы встречает непонимающими вопросами (Иногда ты меня пугаешь, - признается Жан-Пьер).
Ужин Дидье с Марией:
- Ты откуда родом? – Уэлш. – А, Уэльс! Что будем пить? У нас говорят: Белое на красное – жизнь прекрасна; Красное на белое – гиблое дело.

- Ты что, не заметила, что он слегка умственно отсталый? – отчитывает Жан-Пьер подругу.
- А, конечно! Как только кто-то проявит доброту и человечность, он для тебя умственно отсталый!

Посещение экстрасенса мадам Массо (эпизодическая роль Жозиан Баласко)
- Погружаемся в прошлое... Он собака. - Это и так ясно! - ворчит Жан-Пьер...

А процесс воспитания Дидье Жан-Пьером (еда; произношение; пользование туалетом; «Нельзя нюхать зад!»); уродливые неофашисты (- Включи пятую! – Хай-хай-хай-хай! – Да нет, это седьмая. Клевый диск!...); два футбольных комментатора – чистая пародия: диалог сплошь из штампов...

«Рабочая» ситуация у Жан-Пьера сложилась критическая: владельцы футбольного клуба им недовольны; через несколько дней грядет важный матч, а надёжа-лучший игрок вышел из строя. Необходимо срочно что-то придумать. Дидье любит играть в мяч и оказывается спасением для Жан-Пьера: техника странноватая, но какая скорость и владение мячом!

- Ах, ты мой Дидье! Молодец! Ты мне спасешь жизнь! – тискает его Жан-Пьер.
- Что, педики, кайф ловите? - Не знаю, как у вас, - обращается Жан-Пьер к Дидье, - а среди людей придурков хватает...

«Он литовец. – Они там, в Литве, что, без правил играют?»

В общем, Дидье – пёс в человеческом облике – спасает Жан-Пьера во всех отношениях: и от повторно сломанной коленной чашечки (угроза футбольного клубовладельца), и от очерствения и одинокой жизни. Жан-Пьер облагорожен этим общением; он становится добрее и внимательнее - человечнее.

«Слишком красивая для тебя» / Trop Belle Pour Toi / Too Beautiful for you (1989)

Очень люблю этот фильм неугомонного Бертрана Блие. В пост-советское время приходилось ждать «ночного кинозала», чтобы посмотреть – изредка, счастливо-случайно. Теперь он есть в видеотеке и время от времени, под настроение, его пересматриваю – каждый раз открывая что-то новое.

Информация о жанре фильма весьма противоречива – от (сатирической) комедии до (мело-) драмы. Наверное, здесь - всё сразу. Вúдение Блие-поэта и история в его пересказе смущает своей неоднозначностью. На фоне постоянно звучащей музыки Шуберта ("Мне ваш Шуберт надоел!") происходит смешение фантасмагории и реальности, прошлого и настоящего, холодности и страсти, красоты и – нет, не уродства, а - другой красоты…

Истинно французская история о вечно занятом Бернаре (неизменный у Блие Жерар Депардье), однажды, похоже, неожиданно даже для самого себя, выбравшем себе в любовницы толстушку-секретаршу Колетт (Жозиан Баласко). Парадоксальность ситуации в том, что у Бернара есть писаная красавица-жена (чаровница Кароль Буке), томящаяся от скуки и невнимания мужа…

Но Бернар, пресытившись, очевидно, безупречной прелестью жены, мечется в поиске дисгармоничных пропорций. (Ситуация с управляющим универмага в одном из рассказов - а, «Третий ингредиент»! - О’Генри: пресытившись блондинками, тот из моря пергидрольных кудрей выдернул единственную брюнетку. Объевшись сладким – тянет на соленое). Но, по-моему, Колетт – прекрасна и безумие Бернара вполне оправданно.

Я люблю Колетт-Баласко; Жозиан Баласко – одна из моих любимых актрис.

А восхитительные фразы Колетт – этот своеобразный, столь любимый мной юмор французских фильмов:
(вслух-сама-с-собой, в автобусе):
- Я не хочу домой. (громче) Я не хочу идти домой.
На что случайная попутчица отвечает ей:
- Успокойся, милая. Мы все – в одной лодке.
Или:
- Мне надо напудрить нос. Он блестит. Не так, как моё будущее, конечно…