Жюльетт Бинош - опросник Пруста (Juliette Binoche: The Proust Questionnaire)

Ваше любимое слово?
Радость и v’ivre

Ваше нелюбимое слово?
Невозможно.

Что вас заводит, волнует?
Музыка.

Что вас раздражает?
Уличный шум.

Какой звук или шум вам нравится?
Детский смех.

Какой звук вы ненавидите, кроме уличного шума?
(демонстрирует) Как-то так.

Ваше любимое ругательство?
По-английски или...?

На двух языках.
Французское merdum – почти то же, что merde, но когда вы говорите «merdum» - это звучит как латынь, лучше.

А по-английски?
Оф!

Это обычно вырезают.
Ну вот, вам не придется.

Какой профессией, кроме своей, вы хотели бы овладеть?
Наверное, целителя. Хотя я и так исцеляю, своими методами. Врач, терапевт, может, в Гринпис или Amnesty International [международная организация, основанная в 1961 году в Великобритании, работа которой направлена на освобождение людей, заключенных в тюрьму за свои убеждения, за запрещение пыток и отмену смертной казни – прим. автора блога]. Что-то такое. Я бы обязательно лечила людей.

Вы, наверное, уже это делаете. А к какой профессии не хотели бы иметь отношения?
К армии, к военным.

Если существует Рай, что бы вы хотели услышать от Бога, когда окажетесь у врат Рая?
А Он умеет говорить?

Не знаю, умеет ли. Но может.
«Аллилуйя!», «Почему ты так удивлена?» Думаю, я буду удивлена настолько, что это единственное, что Он сможет сказать...

из передачи Juliette Binoche - Inside the Actors Studio
перевод с английского - мой

Илья Авербах "Объяснение в любви" / A Declaration of Love (1977)

Авербах—это минимум условности, строгий реализм, выверенный нарратив; распада как раз нет—какое там, всегда наличествует герой-личность, цементирующий среду и не дающий ей окончательно скурвиться. В нем всегда оправдание времени.

...Замечательная роль Богатырева в «Объяснении в любви» до известной степени выправила амплуа этого большого артиста: ему вечно доставалось играть истериков. Только у Авербаха он сыграл железного человека в скромном обличье интеллигентного хлюпика—и уже с этим опытом храбро мог браться за Штольца.
«Объяснение в любви», вероятно, самый оптимистический фильм Авербаха. Потому что в финале его постаревший Филиппок убеждается-таки, что произвел некое впечатление на вечно недосягаемый объект своей любви. «Мы все в эти годы любили, но, значит, любили и нас». Женщина его мечты по-прежнему красива и по-прежнему недоступна, но герой по крайней мере заслужил уважение. Она смотрит на него вполне одобрительно и даже, сказал бы я, призывно. Словно давая последнюю попытку.
Дмитрий Быков. Тоска Ильи Авербаха

**
Когда Юра Богатырев пришел ко мне на пробы Филиппка, снял свою заштопанную дубленку и стал горячо о чем-то говорить, много жестикулируя, и когда его огромные руки, которые в группе Никиты Михалкова назвали «передние ноги», взвились передо мной в воздух, у меня перед глазами возник некий тип художника, я ощутил запах краски в его мастерской. Невзирая на его огромные размеры, я сразу же почувствовал в нем какую-то тонкость, даже изнеженность. Что потом, когда я посмотрел его картины, — а Юра, как выяснилось, довольно хороший художник, — оказалось совершенной правдой. Юра не фанат мощной, грубой живописи, всю новую русскую живопись вообще не выносит, не выносит Малевича, «Бубновый валет», он любит живопись изысканную, нежную, любит мирискусников, Борисова-Мусатова, Добужинского, Бёрдслея, любит китайцев, Ватто, которого, на мой взгляд, любить нельзя. Им можно любоваться, но как всерьез приходить от него восторг, не понимаю. И сам Юра рисует такие изысканные картиночки: сидит дама с рюмочкой в развевающихся одеждах, и сама она, и фон — все прочерчено и заштриховано перышком тоненько-тоненько.
И все это мне в нем почудилось изначально и породило историю, которая и повела к Филиппку. Почему Юра мог стать героем нашего фильма? Потому что в нем есть какие-то несоответствия, парадоксальность «передних ног», большого тела и всего того, о чем я говорил. За ним с первого взгляда вставала его история, его образ, который был в чем-то родствен Филиппку. И если между характером актера и характером его героя существуют какие-то точки соприкосновения, тогда может произойти чудо искусства.

...На мой взгляд, не следует приглашать артиста, если кажется, что он идеально подходит к выбранной для него роли. Потому что тогда не происходит чуда обогащения. Вот образ того же Филиппка, в силу всем известной автобиографичности литературного материала, взятого за основу — книги Евгения Габриловича «Четыре четверти», — казалось бы, совершенно ясен. Такой маленький и слабый человек, который любит лежать на кушетке, мечтать и чего-то там записывать, а вообще-то мямля и телятина. Мы долго искали артиста такого рода и ничего не получалось. Поначалу остановились на Андрее Мягкове. Но скоро от этой идеи отказались, потому что появлялась определенная тавтологичность. Актер своими человеческими качествами умножал то, что написано, и персонаж от этого, как ни странно, становился иллюстративен. Я довольно скоро понял, что в этом направлении искать неверно. Начали пробовать многих — Шакурова, Калягина, однако он сейчас всецело увлечен суперменством, а оно, особенно внутреннее, никак для нас не годилось. Пробовали замечательного артиста Филозова, но он возрастно не подошел, хотя проба была очень хорошая. Потом опять к Мягкову качнулись. А потом появился Юра Богатырев, с которым меня просто уговорили встретиться. Я сначала его ни за что не хотел, казалось — ну, что это? ну куда? Но пришел Юра со всеми своими размерами, чудной фигурой, голосом. И мы разговаривали с ним долго, наверное, часа два, и я сразу же почувствовал в нем внутреннюю структуру, близкую нашему герою, и тогда вдруг все его внешние данные, как бы антифилиппковские, начали работать на образ. Я подумал, а почему, собственно, он должен быть маленьким? Ведь крупному человеку иногда гораздо труднее живется. Скажем, ему все время может быть неловко от того, как много места он занимает! Конечно же, мне пришел на память Пьер Безухов, в чем-то схожий с Филиппком. Но даже когда мы отсняли примерно треть картины, я все еще до конца не верил в правильность выбора и страшился того, что внешний облик нашего Филиппка не соответствует тем душевным качествам, которые нужно было актеру воплотить. Поэтому поначалу мы намеренно подчеркивали его внешнюю неуклюжесть, неприспособленность, его нелепость. Но потом я успокоился, и мы с Юрой стали от этих очевидных переборов избавляться.
Илья Авербах. Совмещение совместимого
**
вне темы: любимица советских режиссеров Эва Шикульска (Ewa Szykulska) - тогда и теперь

Реальная цена / Нет секса – нет денег / Le Prix à Paye / The Price to Pay (2007)

Меркантильность и вещизм (или, как это нынче называется, консюмеризм) - выхолащивают, убивают отношения. Проблема интернациональная, поэтому фильм понятен всем.

Жан-Пьер Менар (Кристиан Клавье/Christian Clavier) – богатый бизнесмен. Его жена Одиль (Натали Бай / Nathalie Baye) проводит дни, разъезжая на служебном авто мужа по маршруту бутик-банкомат-бутик, тратя крупные суммы, заработанные ее супругом.
- Придется катать ее, пока не потратит еще пару миллионов, - бурчит Ришар, шофер.
Жюстина, дочь четы Менар, травмированная, очевидно, всеми этими «фабриками красоты», почему-то мечтает об огромной груди. Денег на операцию у папы не просит. Погружена в меланхолию.
Среди бесконечных приобретений Одиль не забывает мужа. «Это тебе, свитер». Правда, в обновке он выглядит как Пьеро: «Забыла твой размер».
- У нас в деревне прекрасный дом, можем поехать.
- Мы им владеем, это самое важное.
Одиль сразу предстает в невыгодном свете – стяжательница-стервятница. Оказывается, она к тому же вынуждает мужа к воздержанию – попросту говоря, «не даёт».

Жена Ришара, Каролина (Вернее, не совсем жена – мы не оформляли брак), решила, что ей надо писать – и под предлогом творческого непокоя тоже принуждает мужа к целибату, - засыпая в обнимку с лэптопом, игнорируя мускулистое тело Ришара.
«Он получал медали по дзюдо, - рассказывает она. Но Ришар не захотел мириться с вечным вторым местом (прямо Янковский во "Влюблен по собственному желанию").

Однажды Жан-Пьер, совсем отчаявшись от невнимания жены и обедов в одиночку, приглашает своего водителя с собой в ресторан. Потянуло на откровенность...
Он делится наблюдением: Смотри, когда пожилые супруги обедают вместе, они всегда сидят рядом. Наверное, потому что видеть друг друга не могут.

– Если жена хорошая, такого не случается, - не согласен Ришар.
Жан-Пьер говорит о наболевшем:
- Сначала было редко, потом совсем ничего. Первый год я перенес очень тяжело. Спокойный был год.
Ришар, насмотревшийся на беготню Одиль по бутикам, сразу понимает, что к чему. «Им нужны только деньги, это всё».
Ришар и Жан-Пьер нашли друг друга – несмотря на разницу в социальном положении, проблемы их схожи, и народная мудрость Ришара пришлась «возвышенному» Жан-Пьеру очень кстати.
Оказывается, у Ришара тоже «наболело»: Всё было хорошо, жена не работала, я вырастил ее двух детей. А через пять лет она вдруг решила, что должна стать писательницей. У меня та же ситуация.
Совместный обед завершился советом Ришара: «А жене своей давайте денег поменьше. Чтобы знала».
Той же ночью, получив от Одиль очередной отпор, Жан-Пьер порылся в ее пухлом кошельке и стащил крупные купюры и кредитки. Происходящее ехидно сопровождается мелодией танго.

На следующий день Одиль врывается в контору мужа.
- Ты уже года два не была у меня на работе! – деланно удивлен Жан-Пьер.
- Не могу же я ВЕСЬ день ходить без денег! Это катастрофа!
И Жан-Пьер объясняет: "Нет секса - нет денег!"
О, ужас – бедняжка Одиль вынуждена ехать на метро!
Тем же вечером язвительный Жан-Пьер комментирует её появление у себя в спальне: «Какие люди!»

Подружившись с Ришаром, подавшим столь мудрый совет, Жан-Пьер приглашает его домой на ужин.
- Это мой приятель!
- Это не приятель, это твой шофер!
Ришар пришел с Каролиной, женой.
- Я всегда хотела писать – и стала писательницей.
- У моей жены тоже писательский дар – она превосходно заполняет чеки, -комментирует Жан-Пьер.
Мужчины заливаются хохотом, дамы сидят оскорбленные.
Взбешенная Одиль начинает рассуждать на тему секса (Мне с тобой скучно, Жан-Пьер)...
Вечером – жуткая сцена между супругами:
- Думаешь, мне легко шантажировать тебя, чтобы получить немного ласки?
- Да я уже 10 лет притворяюсь. Ты шумно ешь, ты храпишь, ты жалок!

Похожая ситуация в доме Ришара...
- Начни работать, дорогая, будь как все.
- Я пытаюсь.
- Нет, ты пытаешься делать то, что тебе нравится.

Черная комедия и драма сменяют друг друга. Семья Менар больше не обедает вместе; в вазе - увядшие цветы; Одиль проглатывает обручальное кольцо, запив водочкой...

Случайно встретившись с Каролин, Одиль сочувственно слушает ее рассуждения:
- Ришар занимается не тем, чем хотел бы. И он не может смириться с тем, чтобы я делала то, что приносит мне удовольствие...

Затасканная фраза классика («...каждая несчастливая семья несчастлива по-своему») здесь своего подтверждения не находит: все несчастны одинаково. Рабочий класс (Ришар-Каролина) страдает так же, как пара богачей (Жан-Пьер - Одиль)... Кстати, в деталях – интерьер, одежда – отлично отражено «классовое неравенство» персонажей. Занятно еще, что оба мужа и в мыслях не имеют искать женщин на стороне – таких, кому нужны были бы не только деньги, но и они сами.

Раздраженная "концертом", устроенным дома Жан-Пьером (проститутка визжит на разные голоса, имитируя впечатления от его сексуальной мощи) – Одиль идет в бар, знакомится там с Грегуаром (Патрик Шесне/Patrick Chesnais) – и проводит с ним время в дорогой гостинице. У него свои странности: обязательно платить женщине, которая с ним спит, иначе - не то удовольствие. Одиль находит у любовника неслыханный недостаток:
- Ты слишком сексуальный.
- Ты же женщина – значит, всегда недовольна, - комментирует он. Опыт.

К творениям женщин-режиссеров я отношусь настороженно. Но Александра Леклер (Alexandra Leclère), сценарист и режиссер этого фильма, судя по всему, нетипичная женщина-режиссер. Обращая внимание на семейные проблемы, она избегает слащавой мелодраматичности и – удивительно! – выставляет женщин в крайне неприглядном свете. В фильме масса узнаваемых ситуаций и диалогов. Актеры – чудо. Слегка непривычен Клавье в подобной роли – слишком плотно сросся с амплуа комика.
Финальный монолог Жан-Пьера, который так внимательно выслушивает Одиль – прекрасен...

Крёстные отцы / Les Parrains (2005)

Однажды летом 1980 года четверо друзей-грабителей совершили налет на ювелирный магазин в центре Парижа. Дело провалилось, и с места преступления спаслись только трое – один, Макс, остался заперт в хранилище. Он получил срок – 25 лет, но друзей не выдал.

2005 год. Постаревшие экс-грабители, скрывающиеся от правосудия, влачат жалкое существование.
Люсьен (Жак Вильре /Jacques Villeret) живет в Бельгии с пышнотелой темнокожей супругой. Он не слишком успешно торгует недвижимостью – вернее, «впаривает» клиентам обшарпанные квартирки.
Анри (Жерар Дармон /Gеrard Darmon) в Женеве продает роскошные автомобили и уделяет массу внимания собственной увядающей наружности.
Серж (Жерар Ланвен /Gеrard Lanvin) в Канаде распродает барахло – антиквариат. И тщится сохранить свою репутацию ловеласа.

Макс умер в тюрьме, отсидев 24 из положенных 25 лет. И оставил друзьям двусмысленное наследство: оказывается, он сумел-таки спрятать награбленное и готов раздать причитающееся подельщикам. Но к «наследству» прилагается сын Макса – Реми (Паскаль Ренерик /Pascal Rеnеric в двух ролях – папы-Макса и сынка-Реми. Чудеса перевоплощения не понадобились – образы блеклые), о существовании которого никто из приятелей не догадывался. Добычу друзья получат только выяснив, достоин ли сынок своей доли... Стариканы озадачены, но приступают к делу.
Реми оказывается придурковатого вида юношей в туфельках-лодочках и веселеньком полосатом костюмчике - вещающим о жизни Бальзака в его доме-музее...

Посредственная комедия о грабителях на пенсии. Переодевания - то в пожарников, то в почтальонов... Интрига для проверки зрительской интуиции: использован прием сюжета-серпантина: опытные старики раскусят бледноликого наследника Макса? Или нет? Реми не так-то прост! Да нет же, всё-таки старая гвардия похитрее будет... И т.д.

Смешных диалогов не цитирую – их нет.
Из симпатичного - игра «стариков». И мама Реми - Анна Галиена /Anna Galiena, незабвенная жена-парикмахерша из фильма Леконта.


...Вот она, магия киноискусства – чудесный Жак Вильре ("малыш Вильре", как называет его врач в "Актерах" Блие) умер в январе 2005 года, а премьера его последнего фильма состоялась в октябре...

Интервью о фильме Даниса Тановича "Ад"/Danis Tanovic "Hell": interviews

Карин Виар (Селин):
Встреча с Себастьеном пробудила ее [Селин] от долгой летаргии. Чтобы достучаться до нее, Себастьен выбирает стихотворение Меши Селимовича.
В существовании, в страсти человек живет, человек сохнет.
В существовании, в страсти - я потерялся в поисках...
Я мечтаю о жизни, и я живу в мечтах.
Я прячу свое сердце, я осуждаю свое сердце
В том, что оно уже не живет,
в том, что оно снова мечтает.
В надеждах, в ожидании.
В этот момент Себастьен говорит с нею так проникновенно, что она позволяет себе мысль о любовной связи.
Данис заставил нас сыграть эту сцену уже на второй день съемок. С Гийомом Кане мы были не слишком уверены в характере наших отношений, мы все еще находились в поисках. Но Данис намеренно использовал этот недостаток уверенности, поскольку эта незащищенность отлично совпадала с ситуацией, в которой оказались наши герои именно в тот момент.

*
Кароль Буке (мать):
Я читала оригинальный сценарий Кесьлевского. Это был скорее синопсис, сконцентрированный на образе женщины, ее мужа, возвращающегося из тюрьмы, и трех сестрах; всё остальное оставляло простор воображению. Образы вообще не были разработаны. Данис Танович проделал большую работу по созданию сценария, и по завершении он полностью освоил тему. Я следила за развитием разных версий, с помощью которых он успешно добился создания образцовой конструкции, еще более усовершенствованной на финальной стадии редактирования.

...Выступление Жака Перрена на тему «судьба и совпадение» великолепно. Все герои фильма сталкиваются с невозможной любовью, как однажды и мы с вами. Не случайно фильм называется «Ад»!

полный текст интервью - здесь

Миллион – не деньги / За 100 штук у тебя ничего /Pour cent briques t'as plus rien... (1982)

Двое приятелей-неудачников, насмотревшись в качестве руководства к действию гангстерских фильмов и снарядившись украденными лыжными масками и (украденными же) игрушечными ружьями – идут «на дело»: грабить банк.
Неумехам-грабителям неожиданно оказывают поддержку все вокруг – от сотрудников банка, взятых в заложники, до инспектора полиции.
Хэппи-энд на залитом солнцем острове.
Скучноватая длинноватая комедия, понравится разве что горячим поклонникам Даниэля Отея и Жерара Жиньо.

«Ад»: интервью Даниса Тановича / Danis Tanovic about his film “L’Enfer”

Я не слишком высокого мнения о мужчинах. Наверное, потому что я – один из них! Мужчины и женщины живут на разных планетах, и для меня даже странно, как мы можем сосуществовать!
*
Любовь эгоистична и разрушительна. Так много славных женщин страдают от трагедий, из-за отсутствия любви или из-за любви, которой пришел конец! Фильм также показывает, что западноевропейское общество утратило понятие семьи. Кончится тем, что эгоизм разрушит нас. Пережив годы войны, я потрясен, до какой степени люди испытывают и создают ад на земле, даже в окружающей среде, где всё должно приносить только радость. Мы охвачены необузданным материализмом, который в результате уничтожает нашу жизнь. Мы мечемся, накапливая имущество вторичной важности, тогда как то, в чем мы действительно испытываем недостаток, - любовь.
*
Не думаю, что существует ответ на вопрос о совпадениях или судьбе. В наше время люди хотят иметь объяснение всему, они хотят всё знать, контролировать и упрощать. Это – «немедленное поколение», поколение момента, который настаивает на получении кратких и незамедлительных ответов. Мой отец носил часы своего отца, который в свою очередь получил их от своего отца. Теперь люди постоянно потребляют, выбрасывают и покупают. Человек оставляет жену, родившую его детей, чтобы уйти с другой женщиной. Понятие семьи уничтожено, подорвано. Только деньги имеют значение. Общество опустошено. Мы отказываемся признать, что нам не нравится этот образ жизни, и в то же время мы угнетены, несчастны и снедаемы ложными проблемами. За всё это несем ответственность только мы сами. Мне в жизни везло. После счастливого детства я пережил трудные времена во время войны в Боснии, но я был вместе со своей семьей. Потом я в качестве беженца приехал сюда и смог увидеть обратную сторону зеркала. В этом фильме я попытался просто говорить о сложном. Мои фильмы не пессимистичны или негативны, но в них показаны сложные вещи, которые могут показаться неприятными. Я восхищаюсь Кесьлевским, потому что он называл себя ремесленником, мастеровым в кино. Я не художник, я не даю ответов. Давайте для начала зададим вопросы, а потом сможем вместе искать ответы.

из интервью режиссера Даниса Тановича о фильме "Ад"
Полный текст интервью в моем переводе - здесь

Кактус / Le Cactus (2005)

Фильм в меру глупый, не в меру занудный и едва смешной. Ситуация списана с «Невезучих» и иже с ними, просчитывается с первых минут. Два друга детства - добряк недотепа Сами и чёрствый бодрячок Патрик. Ипохондрик Сами («Гиперхондрик!») подслушивает разговор врача – тот убивается над увядшим кактусом, - и принимает на свой счет: это приговор...
Дальше – длинная и скучная история про путешествие «обреченного» и его друга в Индию - с поражающими новизной культурными деталями страны («Это сикх, они в тюрбанах и никогда не стригут волосы»; «Осторожно, пища у них очень острая»)... Естественно, назидательный финал: злюка-Патрик излечился и начал заниматься йогой. Правда, Сами как был истериком-ипохондриком - так и остался.
Запоминается фильм тем, что в нескольких крошечных эпизодах появляется престарелый Пьер Ришар в роли гуру-хиппи.

В еще меньших (если это возможно) эпизодах – Жан-Пьер Даруссен в роли злобного босса:
- Подписали контракт! Не сдерживай радость!
- Моего друга сканировали, ему осталось жить три месяца.
- Паршиво... Кстати, о сканнере! Когда его наконец починят?

Индийская музыка и пейзажи. Из хорошего в фильме – всё.

Из жизни отдыхающих (1981)

Крым.
Осень.
Туман.
Пустынные пляжи.
Измаянные скукой несезонные отдыхающие.

Престарелые «гусары» - мужчины, озабоченные отсутствием на курорте дам.

Потешный «дипломат»-повар Бурков; как-то по-нехорошему смешливый строитель (Солоницын); молодящаяся сексуально озабоченная тётенька Виноградова; пышнотелая простушка-хохлушка Оксана (Федосеева-Шукшина) (нарочитое «гэканье» при создании образов «подлинных украинцев» нынче снова в моде), озабоченная своим здоровьем...

Диалоги, состоящие из пошлых монологов, - как обычно: не беседа, а ожидание своей очереди высказаться. Или не ожидание – просто слова в пустоту:

- Жуткая баба. Фигура ужасная. И ведь кто-то тоже любит, правда? У них, у бедняжек, отсутствует вкус.
- С утра снова с сердцем плохо было – третий день бух-бух-бух. Может, давление?
- В ее годы я лучше выглядела. Туалеты у них, по-моему, ни в дугу.
- А как же, если бы у меня одно сердце болело – тогда давление не поднялось бы.
- Скрипят, как канифолью пол намазали, не распоются никак. Совсем обнаглели.
- Когда перепад в погоде, я чувствую, как все сосуды переполнены.

Есть еще бодрый массовик (Быков) и изысканная пожилая дама, всё воспринимающая с восторгом (Ах, снова кашка! Ах, голуби! это не пансионат, а Ноев ковчег!) - не забывшая, конечно, упомянуть, что ее-то семья с восторгом встретила революцию.

Романтичная, окутанная ореолом загадочности «глазастенькая» Надежда Андреевна (Болотова) озабочена привлечением внимания не менее плотно окутанного тайной Алексея Сергеевича (Адомайтис).


Этот дуэт выделяется на фоне «обывателей», но чрезмерная загадочность обоих превращает их в картонных кукол...

А в общем – славный фильм с чудесными актерами.
Старею - раньше казался несусветной тягомотиной,
теперь раздражают разве что неизменные цыгане.

"Гибель империи"

Посмотрели «Гибель империи» – узнаваемы отрывки из дневников Бунина:
- Я теперь всеми силами избегаю выходить без особой нужды на улицу. И совсем не из страха, что кто-нибудь даст по шее, а из страха видеть теперешние уличные лица.

Неплохой фильм – разве что гипертрофированная трепетность барышень-дворянок (Хаматова, Миронова) – эти слезливые глазки, этот полушепоток - стала под конец сериала раздражать.

Жозиан Баласко: Я себя сделала из ничего! / Josiane Balasko

В детстве она мечтает стать художницей и посещает школу графического мастерства, однако затем начинает пробовать себя в написании фантастических рассказов и оказывается на театральных курсах Тани Балашовой. Одноклассники наделяют ее прозвищем "мозг", а результатом бури хохота в зале после ее появления на сцене в спектакле "Федра" стало решение Жозиан отказаться от драмы и сменить амплуа.
Она пишет свой первый сценарий "Когда я вырасту, то стану параноиком" - в этом выразительном названии вполне отражен тот едкий и довольно грубый юмор, который всегда будет свойственен этой удивительно энергичной и разносторонней женщине.
Первые роли в кино проходят практически незамеченными, однако участие в экранизации "Загорелых" моментально превращают Жозиан в звезду национального масштаба. Впрочем, становиться исключительно киноактрисой она не собирается - трезво относящаяся к своей отнюдь не звездной внешности Баласко сама называет себя "анти-секс-символом" и сосредотачивается на другом. (источник)

Я очень люблю свою работу. В ней смысл моей жизни. До моего появления во французском кино не было женщин, которые играли бы комические роли.

Играть – это каникулы, быть режиссером – работать на износ, а написание сценариев – наименее стрессовая работа.

Я вышла замуж удачно, за того мужчину, который мне идеально подходит, в пятьдесят лет. Для Франции это очень позитивный случай, потому что я - обычная женщина. У меня нет каких-то выдающихся физических данных. Французским женщинам легко идентифицировать себя со мной - не слишком заумная, не принадлежу к элите и не являюсь образцом для рекламы косметики и парфюмерии.

Женщина должна оставаться собой. Я очень плохо себе представляю, что такое загадочная женщина… Это, видимо, все время лицо под вуалью, какой-то макияж соответствующий… Мне это не подходит. Даже когда я была моложе, считала, что меня должны любить такой, какая я есть. Я не буду прилагать чрезвычайных усилий, чтобы стать какой-то другой, каковой я не являюсь.

Я смогла бы отличить очень плохое вино от хорошего, но мне было бы трудно разобраться в трех хороших винах. Не могу считать себя знатоком вин, как, скажем, Жерар Депардье…

Я люблю смешить людей. Когда играю в театре, полтора часа слушаю, как зрители смеются. И потом, после спектакля, некоторые из них приходят сказать мне спасибо за то, что отвлекла их от забот, увела куда-то от их повседневной жизни.

Мне удается похудеть, если это требуется для роли, а когда такой необходимости нет – сложно… (источник)

*
- Вы сыграли в "Актерах" Блие. Что для вас значит этот фильм?
- Это бред Бертрана о тех людях, которых он любит. Он обожает актеров. Изначально он задумал две части - "Актеры" и "Актрисы", но второй фильм снять не смог - первый стоил слишком дорого.

Проклятый газон / Французский твист / Gazon Maudit / French Twist (1995)

Из интервью Жозиан Баласко:
«Проклятый газон» - первый комедийный фильм, который рассмотрел проблему женской гомосексуальности. Всегда же мыслишь и думаешь сравнениями… Почему много картин о мужской гомосексуальности, а о женщинах ничего не снято? И я себе сказала: «Хочу сделать комедию на эту тему», потому что, как правило, лесбиянок показывают либо с трагической точки зрения, либо это откровенная порнография.
Я вдохновилась услышанной как-то историей. Главный герой – мужчина, который очень нравился женщинам, был женат, имел детей. Жена – прекрасная хозяйка, но в один прекрасный момент ей все надоело. На своей работе она встретила лесбиянку и осталась с ней, чтобы показать мужу, как ее все достало.

Сложно было играть роль женщины с нетрадиционной сексуальной ориентацией?
У меня много друзей, и среди них есть лесбиянки. Например, очень известная французская певица Катрин Лара. Она была свидетельницей на моей свадьбе, мы очень хорошо друг друга знаем.
Когда журналисты спрашивают ее: «Что вы в первую очередь замечаете в мужчине?», Катрин всегда отвечает: «Его жену». Однажды я пошла на ее концерт. Там была «панель» лесбиянок всех стилей: спортивные, мужественные, женственные, и я просто выбрала, кого буду играть. Пришла со своим костюмером и показала, как бы я желала, чтобы меня одели.

На французском «Gazon Maudit» - то, что по-английски называют "dyke", лесбиянка. Где-то читала, что название подсказал своей старой подружке Баласко сам мэтр Блие.

Давно мечатала иметь фильм в домашней коллекции. И вот - о, чудо!
Искрометная психологическая трагикомедия – о любви, сексе, гендерных (ненавижу это слово) стереотипах и о том, что только женщина может понять женщину (согласно финалу, видимо, это же относится к мужчинам).
Как и в случае с «Моя жизнь – ад», Баласко выступила и сценаристом, и режиссером (это ее 4-й фильм как режиссера) и исполнительницей главной роли.

...Лоли (Виктория Абриль/ Victoria Abril) – знойная испанка – влюбилась во француза Лорана (Ален Шаба/ Alain Chabat) и ради него бросила всё: страну, друзей, занятие танцами.
Прошло несколько лет. Пригород Авиньона, красивый дом, счастливая (?) семья Лафай – Лоран, Лоли, их двое детей.
Правда, Лоли обречена на скучное домохозяйство, у нее нет друзей, а внимания любимого мужа приходится (тщетно) добиваться. Лоран работает агентом по недвижимости и очень устает. Только не на работе – каждая свободная минута отдана погоне за новыми и неновыми женщинами, он не пропускает ни одной юбки. Но, как водится, о его похождениях известно всему городу, кроме жены.
Она, правда, застукала его с любовницей в собственной супружеской постели: «Но он так извинялся... И потом – один раз...»

В один прекрасный день у дома супругов сломался ярко раскрашенный фургон (Куплен у хиппи) и водитель обратился за помощью к Лоли. Водителем оказалась колоритная лесбиянка-буч Марижо (потрясающая Жозиан Баласко/ Josiane Balasko демонстрирует чудеса перевоплощения). Мужская прическа, повадки, одежда. Марижо моментально пленилась сексапильной испанкой, а скучающая и неизбалованная вниманием Лоли радостно включилась в игру... «Если бы ты любила женщин, тебе не пришлось бы бросать танцы,» - замечает Марижо в ответ на невеселые откровения Лоли. Сцены соблазнения испанки лесбиянкой очень романтичны. Кстати, Лоли-Абриль в фильме сопровождает чудесная испанская музыка, еще плотнее окутывая образ романтическим ореолом.

Вместе с приятелем, Антуаном (Тики Хольгадо/ Ticky Holgado) – таким же бабником, – Лоран глумится над Марижо (ну и уродина, мужик или баба - и т.п.). Однако заметив, что Лоли всерьез флиртует с Марижо – буквально сходит с ума: «Я бы понял, если с мужиком! Но с ЭТИМ? Извращенка!». Ему трахаться налево и направо – почетно; но жена?! «Как она может?!»

Фильм вообще насыщен точно подмеченными нюансами отношений мужчин и женщин.

Лоли раскаивается и валяется у мужа в ногах. Он взбешен и забывает о донжуанских планах. Антуан ненароком выдал друга: рассказал Лоли про бесчисленные интрижки. Теперь в ярости она, переспала с Марижо и оставляет ее в доме.
Увидев, что «пока я там – моя жена тут, да еще и с бабой» - Лоран теряет голову от горя. Ищет утешения у престарелой проститутки, которая дает ему мудрый совет, потрясающий своей новизной: «Надо показать любимой, что ты ее любишь». (Вспомнился маниакально-депрессивынй герой Николсона из «Лучше не бывает» - «Где вы набрались этой пошлости?»). В общем, Лоран совету внял и терпеливо ждет прощения от Лоли.
Добрая Марижо в постели уговаривает Лоли простить Лорана, что Лоли и делает с большим удовольствием (Ты же сама просила меня его простить! – Но я не просила спать с ним!).

В фильме множество забавных ситуаций, связанных, прежде всего, с соперничеством и взаимной ненавистью «альфа-самцов» - Лорана и Марижо. Очень смешной момент, когда они разбивают друг другу носы, а сексапилка-Лоли в фартуке на голое тело нежно ухаживает за своими «супругами».
Создан удивительный тройственный союз: Лоли придумала выход – три дня с одним, три с другим, один день - выходной. «Мужчины» согласны – они ведь ее любят...
Так они и жили, пока не появились подружки Марижо, лесбиянки. Кстати, её «бывшую» играет Катрин Хигель (Catherine Hiegel) – Смерть из «Отбивных» Блие. («А я всё-таки поеду на такси...»)
Теперь пришло время Лоли ревновать. Все измотаны. Марижо печально соглашается уехать, если Лоран сделает ей ребенка (Мне 40, я не могу ждать). Лоран хохочет, потом перестаёт...
Прошло время. Лоран стал примерным мужем. Бабник-Антуан тоже раскаялся – однажды к нему в контору нагрянула юная милашка, которую он с ходу начал «кадрить»... «Я твоя дочь. Хотела проверить, правду ли о тебе мама рассказывала...»

Но история не закончена.
Лоли в парижском поезде встречает подружку Марижо, и та сообщает: «С ней всё в порядке. Уже скоро – восемь месяцев!» Речь идет о беременности Марижо. Лоли в ярости: за ее спиной муж трахнулся с её любовницей! Лоран мчится к ней в Париж и они вместе отыскивают ночной клуб, где диджеит толстопузая Марижо. Лоли настаивает: Марижо поедет с нами! Лоран отбивается, но потом соглашается...
Идиллия: Лоран перед уходом на работу лижется с любимой женой. Потом заходит в соседнюю комнату проведать Марижо с дочерью (Папа уходит! - Купи памперсов!) - как мило.

Вообще, у Баласко как-то провисают пред-финальные сцены. Начало фильма – дивное, а потом накручиваются какие-то невнятные невероятности... Получается мешанина, которую после фильма припомнить нелегко. (Похожая ситуация с «Моя жизнь – ад»).
Но на этот раз самый финал запоминается – забавным ходом: Лоран намерен купить дом, а продавцом – ну, конечно! - оказывается приторный испанец-гей. Он уверенно флиртует с заробевшим Лораном и, несомненно, войдет в его семью, чтобы уравновесить гомо-парочки.

Говорухин, «Артистка». И о навеянном...

Купившись на имя режиссера и актерский состав – скачала, посмотрела.
Начало еще туда-сюда.

Муся-Аронова хороша: очень аппетитно хлещет водочку, искрометно шутит и так заразительно воркующе хохочет! Но всё остальное - адский трэш: скучно, надуманные ситуации, длиннющие диалоги...
Однако на фоне российских «сиквелов» хочется сказать спасибо большое Говорухину за то, что снял эту «оригинальную» историю, вместо продолжения «Места встречи».

Рехнулись дяди режиссеры.
Сергей Соловьев – раньше был «немного того» в хорошем смысле, теперь скурвился. АССу-2, - о которой прочла в Интернете, увидев где-то в киоске физиономии Друбич и Шнура на обложке и изумившись сему сочетанию, – смотреть не собираюсь. Достаточно и того, что уже прочла о «гениальном» сюжете фильма.
Маразм крепчал.
Вспомнились другие некогда потрясшие вырожденцы («вино – в уксус»): чудный Карен Шахназаров после «Курьера» и «Цареубийцы» снимает «Американскую дочь». Верх пошлости? Еще нет. От создателя «Прорвы» Дыховичного – появляется похабная телепередача про шокирующие случаи из жизни одноклеточных... Невероятно.
Потом Рязанов с «Клячами»... Ну, там годы берут своё (судя еще и по его «Правилам жизни» из Esquire)... Теперь вот «Ирония судьбы-2», "снятая с разрешения мэтра"...
Прости Господи, порадуешься, что Гайдай не дожил до сего времени – а то бы «Кавказскую пленницу-2» снял. Хотя – Костюха-то Эрнст - живее всех живых, так что есть все шансы...

Создатели продолжений-сиквелов, превращающие собственные многолетней давности шедевры в помои – прелюбопытные представители породы homo sapiens. Показательные. Неужели так душит безденежье? безудержно хоцца заработать - средства не важны?...

На фоне «апофигея этой феерии» поступок Романа Балаяна, отказавшегося снимать продолжение «Полетов во сне и наяву» – неслыханный подвиг! За что режиссеру – низкий поклон.

Ролан Быков: "Встал - лег, встал - лег - с Новым годом!..."

"Детство содержит в себе, может быть, главную тайну жизни. Вспомните свое детство: день начинался рано утром, еще до школы было время и для приготовления уроков, если вчера не успел, или - в магазин для матери сходить. Потом громадный день в школе, разделенный как экватором большой переменой. Потом - еще целый день после школы, целый божий день, а еще были вечер и ночь, и тайком от матери удавалось продлить день, заглянуть в этот взрослый сумрак, услышать то, чего не позволяли, и лишь потом нырнуть в постель. А сейчас, день, как очистка от семечки: встал - лег, встал - лег, встал - лег - с Новым годом!.. Встал - лег, встал - лег - с Новым годом!..".
Ролан Быков

Анни Жирардо / Annie Girardot - из интервью

Скажите, возраст для вас имеет значение? Вы не боитесь его?
Знаете, поздновато спрашивать. Вообще, если бы я боялась возраста, я бы уже померла. Что такое возраст? Что, вот это дряхлость такая, по-вашему? Да, дойдешь до этого, тебя надо в дом престарелых отправлять. Но что касается меня, когда в моем возрасте
со всеми своими морщинами я могу выйти на сцену, и это будет настоящий взрыв, значит, если я это пока могу, я должна это делать. И все это выше просто языка. Это не просто говорение текста.

А роман с кино-то как?
Ну, послушайте, вот только что "Пианистка". Я не очень много сейчас снимаюсь в кино, это не очень легко в моем возрасте. Но я снималась в кино немало еще до того, как получила "Сезара". Вообще сколько фильмов, в которых я снималась! Я, на самом деле, обожаю кино тоже.

"Пианистка", чем вас привлекла эта работа?
На самом деле ничем особенным заранее меня эта роль не привлекла. Мне казали приходи, я сказала ладно, приду. Может быть, я даже в тот момент предпочла бы сделать что-то другое. Но, на самом деле, это было первое предложение сняться в кино за последние 10 лет к тому времени. А мне хотелось уже вернуться в кино, я много снималась. Как мы обычно снимались? Ну, на 3 дня ты отправляешься туда, на 5 дней туда. Конечно, сейчас это немного утомительно. И фильм нелегкий. Более того, там пришлось играть персонажа, который абсолютно противоположен мне, т.е. человека, которого внутренне я ненавижу просто. Т.е. все в этой роли было, чтобы мне не нравится. Но тут я вспомнила о моей матери ...и это мне помогло сыграть абсолютно отвратительный персонаж так, чтобы внести в это что-то хотя бы человеческое. Я абсолютно ненавижу таких матерей, я сама совершенно противоположный человек, как и моя мать, но что-то человеческое было.

В вас живет столько ваших героинь. Вы сами знаете, кого вы в зеркале увидите завтра?
Прежде всего, я вижу, что я паршиво выгляжу! Встаешь, вспоминаешь, что тебе надо идти на ТВ и думаешь господи, какой кошмар, что там будет перед камерой! Но на сцене я никого не боюсь. Я боюсь только перед выходом на сцену. А потом, когда я выхожу, все, я уже не боюсь никого и могу идти на край света!
28/05/2002
источник

*
Revealed in October 2006 that she was diagnosed with Alzheimer's disease in 2003 (источник).

*
По словам дочери, Жирардо мужественно переносит свою болезнь:.
«Она не хочет признавать, что больна… И хотя бывают моменты, когда она полностью погружена в себя, однако, стоит заговорить с ней о кино, она буквально возрождается».
«На съемках она ожидает своей очереди, сидя в кресле с несколько отстраненным видом… Но когда она слышит команду «Мотор!», то немедленно превращается в ту великую Анни Жирардо, которую мы видели в «Рокко и его братьях», «Пианистке», «Мадам Маргарите»… это просто чудо». (источник)

...о мужчинах в своей жизни она пошутила: “Коты — вот лучшие любовники в моей жизни”. Один хвостатый мурлыка прожил в ее доме 20 лет, и когда умер, актриса очень переживала. (источник)
фото с сайта http://www.allocine.fr/

Моя жизнь - ад / Дьявольская жизнь / Ma vie est un enfer / My Life Is Hell (1991)

Когда-то давно посмотрела этот фильм по телевидению. С тех пор люблю обоих актеров – и Баласко, и Отея.

В этой черной комедии дуэт Баласко-Отей просто блистателен. Взяв за основу легенду о Фаусте, режиссер Баласко фирменно-ядовито высмеивает стереотипы современной жизни, прежде всего зависимость женщин от трафаретов внешности, навязанных глянцевыми изданиями и масс-медиа, а также прозрачность - если не условность - грани между добром и злом.

Начало фильма весьма впечатляет – особенно, думаю, тех, кто знаком с мучителями-дантистами не понаслышке. Леа (Баласко) – ассистентка дантиста, слишком чувствительна для такой работы (под рукой беруши, чтобы не слышать вопли пациентов) и для такого невыносимого хама-начальника. Она – одинока, стеснительна и невзрачна. Единственная отдушина – посещения психиатра (Ришар Берри). Он тихонько занимается своими делами, например, составляет список покупок, пока Леа откровенничает о своих снах (Вы были в таких маленьких трусиках) и о том, что «Это было последнее половое сношение – полтора года назад. А когда мы вернулись, он заставил меня застраховаться...».
Еще у Леа есть неприятный сексуально озабоченный сосед – любитель порно, надувных тётенек и кокаина.
Что за фильм?
«Шепоты и крики»
Я видел. Только мало крупных планов и актрисы худые.
Вы перепутали, это другой.
Ну как же! «Чмоканье и вскрики»

А мамаша у Леа! Дивная дама-эгоцентричка, уверенная в своей неотразимости, несмотря на возраст – смахивает на Люсеньку Гурченко на старости лет. Она ведет себя, словно ей не 60, а 20 – что выглядит чудовищно.
В день, которым начинается фильм, Леа отмечает 35-летие – одинокий невеселый день рождения. Даже мать, как оказалось, зашла к ней случайно – позабыв про дату...
В общем, жизнь Леа – ад. А она так бы хотела быть красивой, привлекательной, соблазнять мужчин – прежде всего, своего психоаналитика!
Но вот жизнь ее круто меняется. Мамуля оставила у нее ужасное старинное зеркало; Леа прочла странную надпись на раме – и тем самым вызвала весельчака Абаргадона (Можно Абар, так короче) – дьявола из пятого круга ада.

Насилие не доставит вам никакого удовольствия – я не буду отбиваться, но и распалить вам меня не удастся. Ничего приятного.

Абар убеждает ее подписать с ним контракт. Леа соглашается неохотно, а ведь контакт предписывает исполнение любых ее желаний! Она становится сногсшибательной блондинкой (Вот только мой словарный запас... Не кажется, что маловат?).
С помощью Абара Леа удается всласть отыграться на корыстном психоаналитике (Я понял, чего не хватает женщинам: члена!).
Однако оказалось, что Абар всё перепутал: контракт должна была подписать мать Леа (Всё для моей матери! Опять для матери! – стенает Леа), владелица зеркала. Архангел Гавриил (монументальный Майкл Лонсдейл / Michael Lonsdale очень убедителен) аннулирует контракт, а позднее и вовсе обращает непокорного Абара в смертного (Ну, вот, началось: тут чешется, там колет!), который должен через 3 месяца умереть. Леа, влюбленная в Абара, вымаливает у Гавриила смягчение приговора и выбивается из сил, пытаясь спасти его душу. Интересно, что в крошечной роли священника выступил сам мэтр Блие (Bertrand Blier), с которым Баласко успела поработать в «Слишком красивой для тебя».

Признаться, складывается впечатление, что сюжет запутан, местами фильм кажется неоправданно затянутым, финал несколько неубедителен. Меня утомило появление парочки Леа-Абар в негритянских трущобах с последующей предлинной - гневной и нравоучительной - речью Леа в очереди за пособием (Надо терпеть! Думаешь, нам всем легко?... бла-бла) и пожаром.
Но всё искупает игра актеров! Я что, тебе не нравлюсь? Вроде выбрал себе отличную внешность! – говорит Абар-Отей, и он прав. Он великолепен. Не говоря уж о дьявольской, искрометной, вульгарной и прекрасной Жозиан!
Единственное, что коробит лично меня – присутствие в фильме животных. Вообще, исходя из поведения ее героинь, кажется, Жозиан в жизни похожа на свою прожорливую бездушную баронессу из «Либертина».

из фильма "Курьер" Шахназарова

Время прощания / Temps qui reste, Le / Time to Leave (2005)

Роману (Melvil Poupaud/ Мельвил Пупо) - 31, он гомосексуалист и модный фотограф. Однажды он узнаёт, что у него рак и жить осталось от трех месяцев до года.
Роман отказывается от лечения.
Берет отпуск.
Переосмысливает свое существование. Естественно, боится смерти.
Чувствует одиночество.
Много фотографирует – всё, что видит вокруг (только почему-то выключенным фотоаппаратом). Не говорит родителям и сестре о диагнозе; выгоняет любовника – тоже не объясняя настоящих причин.
Психологически всё очень четко – человек умирает в ледяном отчуждении, в одиночестве. Слова утешения ничего не значат.

Роман навещает любимую бабушку, в одиночестве живущую в чудесном доме, расположенном в роскошном саду. На мой взгляд, это - самый стоящий момент фильма, благодаря Жанне Моро (Jeanne Moreau) в роли бабушки. Постаревшая, но прекрасная – вот с этими старыми руками и морщинами на лице. Это ее лицо, а не, - как у местных звезд, - деформированный воздушный шар или яйцеобразный Шалтай-Болтай с разъехавшимся до ушей ртом, не держащим старческую слюну.
Бабушка нежна с умирающим внуком, он с ней немотивированно жесток:
"Почему ты рассказал именно мне? — Потому что ты тоже скоро умрешь".

А был ведь таким милым ребенком: Озон щедро вкрапляет в сюжет воспоминания Романового детства, весьма специфического характера – вот писает с другом с церкви; вот друг его там же целует (шалуны), вот в лесу жалеет умирающего зайку, но папа равнодушно комментирует: «Такова природа...».
В общем, тоже психологически точно – в памяти возникают порой совершенно отрывочные воспоминания, неизвестно по какой причине сохранившиеся...

Случайно Роман знакомится с официанткой (Валерия Бруни-Тадески / Valeria Bruni Tedeschi), которая обращается к нему с нетривиальной просьбой: муж бесплоден, а вы нам обоим кажетесь красивым... Не могли бы вы...?
Сначала он отказывается (Я не люблю детей), но, подумав, решает оставить и этот след после себя. Сцена зачатия с участием мужа – он нужен обоим: жене для поддержки, Роману - для возбуждения, очевидно. Мило и эстетично. Хотя появление именной этой женщины в именно такой «судьбоносный» момент выглядит слишком искусственно. Да и для ракового больного на последнем дыхании Роман-производитель как-то не в меру прыток...

Красивый фильм, на протяжении которого слабо веришь происходящему. Всё слишком красиво. Мне не понравился актер в главной роли (а тем гаже его белесый любовник) – очень приторный. Сцены голубой страсти и посещения Романом сортира в гей-клубе тоже, мне показалось, некстати в фильме о предсмертном отчуждении. Хотя, может, они означали прощание с прелестями жизни... А может, фильм вообще не об этом?

UPD: Кино врет
У Франсуа Озона есть такой фильм, «Время прощания». Молодой человек узнает, что у него рак. Шансы на выживание невелики, но есть выбор: травить себя лекарствами и хотя бы немного продлить свое существование; либо просто уйти, и он выбирает последнее. Попрощавшись с близкими, он, почему-то вдруг облысев, делает несколько добрых дел, после чего приходит на пляж, съедает мороженое, любуется закатом, ложится на песок и тихо умирает.
От рака так не умирают. Почти никогда. Волосы сами собой не вылезут, это происходит только после химиотерапии, и выпадение волос при этом — одно из самых безболезненных последствий. Когда организм более не способен справляться с пожирающей его изнутри заразой, человек уходит в страданиях: болит так сильно, что не можешь себя контролировать, теряешь сознание и рассудок.
Если опустить некоторые неточности (близким,кроме бабушки, герой так и не сказал о болезни; и не облысел внезапно – просто однажды обрил себе голову), – то в остальном сказочность и красота Озоновской истории вполне заслуженно вызвала комментарий автора про враки. Это «Не верю!» сопровождает весь фильм – если смотреть его, как реальную историю. Как сказку – пожалуйста.

Маркова Екатерина Георгиевна - актриса и писатель

Родилась 18 ноября 1946 года
Окончила московское театральное училище им. Б. В. Щукина. Актриса театра и кино, писатель. Работала в театре "Современник".
Актерские работы:
А зори здесь тихие... (1972)
Дела сердечные (1974)
Третий в пятом ряду (1984)
Сценарии фильмов:
Непохожая (1984)
Чужой звонок (1985)
Чехарда (1987)
Член Союза писателей России.
Муж - Тараторкин Георгий Георгиевич.
Сын Филипп Георгиевич Тараторкин - кандидат исторических наук
Дочь Анна Тараторкина сыграла главную женскую роль в новом фильме «07» меняет курс». (источник; источник)

**
- Я родом из Сибири, - рассказывает Екатерина Георгиевна. - Родители поженились в Иркутске. Мама уехала еще до моего рождения учиться в Питер, в университет. И была отчислена через год за сокрытие социального происхождения, потому что у меня дедушка был белый офицер. Дедушку я обожала, он из-за меня сюда переехал, бросил Сибирь родную. Он делал своими руками мебель, даже обувь шил.
Папа в 26 лет написал роман "Строговы". А мама написала трилогию о Наталье Николаевне Гончаровой.

Раневская
- В вашем доме на втором этаже жила Фаина Раневская. Вы с ней дружили?
- Я ей продукты покупала часто. У нее всегда дверь была открыта. Я говорю: "Фаина Георгиевна, что же вы дверь не закрываете никогда?" - "Деточка, я никому не нужна. А кроме меня, здесь уносить нечего". Она Юру, моего мужа, очень любила. "Катюша, скажите, Юрочка верующий человек?" Я говорю: "Фаина Георгиевна, не знаю". "Верующий, потому что когда я на него смотрю, то вижу, как в его глазах отражается небо. Да, Катюша, да. Потому что у некоторых в глазах отражаются только лужи".

Я позвонила ей перед Новым годом: "Фаина Георгиевна, вас можно поздравить? Может, вы как-то по-соседски подниметесь к нам?" Она говорит: "Нет, я уже много лет встречаю Новый год в постели в обнимку со своим любимым мужчиной. Это Александр Сергеевич Пушкин. На Новый год я читаю его стихи и никуда не хожу". При всей своей популярности она была безумно одиноким человеком.

- Возможно, она сама этого хотела?
- Может быть, и так. В последние годы она появлялась на сцене театра всего раз в месяц - в спектакле "И дальше тишина". Это гениальная пьеса о том, как иногда хочется послать всех подальше и побыть одной... Наверное, с людьми Раневской было намного дискомфортнее, чем с томиком Пушкина или дворнягой Мальчиком, которая жила у нее до самой смерти. Большинство ее ролей очень эксцентричные, а в жизни она была совсем другой.

Семья
- Кем вы хотели стать?
- Мне было года четыре, и родители меня привезли в какой-то дом отдыха. Там играла музыка, и была сцена. Пустая площадка. Родители разговорились со своими знакомыми и про меня забыли. Смотрят - толпа людей стоит у сцены, хохочет, аплодирует кому-то. Таким был мой актерский дебют. Хотя в сознательном возрасте я поняла, что хочу быть врачом, а совсем даже не актрисой и не писателем.
Когда у меня родился сын, в роддоме про него сказали - нежизнеспособный. У него сразу началась очень сильная желтуха, и он мог остаться идиотом на всю жизнь. К счастью, болезнь отступила, сын вырос большим умницей. Он кандидатом наук стал в 26 лет,
А дочь учится на актрису.

- Как вы познакомились с мужем?
- Очень смешно - в такси, куда нас затащила общая знакомая, чтобы ехать в гости. Не скажу, что была от него в бешеном восторге. А он утверждал, что влюбился с первого взгляда, что у меня были веснушки и варежки на резинках. И я говорю: "По-моему, тебе это привиделось". Он говорит: "Ты забыла! Были варежки на резинках, я очень смеялся по этому поводу". А потом в гостях он умудрился сесть на раскаленную батарею на кухне и продержал меня там час. Я потом случайно дотронулась до этой батареи, она только что не шипела. Потом спросила, как он вытерпел. Отвечает: "А я уже ничего не соображал, знал только, что тебе не нравлюсь, и мне тебя завоевать любой ценой..."
На самом деле он необыкновенный. Он из породы ангелов.

- И как же ему живется?
- Очень трудно живется. Но мы уже больше 30 лет вместе. Ни с каким другим мужчиной на свете я бы столько не смогла прожить. Даже когда я зарываюсь, конфликтую, у него лишь крылышки расправляются за спиной.

- А готовит у вас кто?
- Я, естественно. Готовить страшно не люблю, хотя и умею. Я никогда не спрашиваю: сто грамм положить или там двести, как-то интуитивно готовлю, и получается тем не менее вкусно. Но мне очень жалко времени, которое уходит на стряпню. Семья села за стол, все съела - и куда ушли четыре часа моей деятельности? Две-то странички я бы точно набросала на компьютере... У меня вообще нет призвания к домашнему хозяйству. Но чего не сделаешь ради любимых людей - мужа, дочери.

- Ваш муж много сейчас работает?
- Он в основном занимается сейчас театральным фестивалем "Золотая маска". Уже десятый год. Мой муж - очень старомодный, очень петербургский. В прекрасном смысле слова. Баталов уговаривал его занять кафедру актерского мастерства. Юра говорит: "Алексей Владимирович, ну почему вы именно меня хотите?" - "Потому что мы с тобой одной группы крови".
В театре муж теперь играет мало. Начинает сниматься в 12-серийном фильме в Питере.

Кино
- Но его звездной ролью все-таки остается Раскольников в "Преступлении и наказании"...
- Знали бы вы, какой ценой досталась ему эта роль... Кулиджанов его нашел в больнице - Юре хотели отнимать ногу, подозревая, что у него гангрена. И в этот момент его, заросшего, больного, сняла Ольга Волкова и фотографии отослала Кулиджанову, который искал Раскольникова. И когда его утвердили на роль - без проб - произошло чудо, он встал. Такая мобилизация организма произошла. Выплыть можно только тогда, когда оттолкнешься от дна.
Потом Юра чуть было от съемок не отказался. Он много играл в театре, а тут приходилось сидеть безвылазно на съемочной площадке. Надо было выбирать. Его мама рассказывала, как он пришел домой, сел возле окна и застыл на несколько часов. Она даже беспокоиться стала. Тогда он сделал выбор в пользу театра и сказал Кулиджанову, что не может играть Раскольникова. К счастью, режиссер предложил такой график съемок, который оставлял Юре время и для театра.

- Для вас самой таким же звездным стал фильм "А зори здесь тихие"...
- Это уже классика. Я его до сих пор смотреть не могу без слез. Режиссер Станислав Ростоцкий сумел создать подлинную атмосферу тех лет. Ростоцкий попал на фронт, когда ему было 17 лет, и ему сразу оторвало ногу. Я не знала, что у него протез, и однажды язвительно заметила, что он кособоко вальс танцует. Ростоцкий оператору говорит: "Слава, я, наверное, в большом порядке, если надо мной так шутят".
На съемки мы ездили в Карелию. Стояли белые ночи, поэтому могли снимать хоть 20 часов в сутки. Очень тяжело давались сцены на болоте. Там и шагу нельзя сделать, сразу засасывает. Страшно. Чтобы не простудиться, мы снизу надевали такие водолазные костюмы. И Ростоцкий надевал этот костюм и вместе с нами стоял в болоте по 12 часов...

Театр
- А как начиналась ваша актерская карьера?
- После окончания Щукинского училища я пошла в ТЮЗ. Тогда туда пришли Ольга Остроумова, Андрей Мартынов, Юра Еремин... Потом Валерий Фокин меня переманил в "Современник", где я играла вместо забеременевшей актрисы в спектакле "Валентин и Валентина". Посмотрев его, Галина Борисовна Волчек предложила мне роль в "Обыкновенной истории". Тут я чуть в обморок не упала. Я играла с Козаковым и Табаковым...

- Как вы уходили из театра?
- Очень конфликтно. Мы репетировали спектакль "Три сестры", я там играла Наташу. И вдруг подала заявление об уходе. Сама не знаю, почему. Галина Борисовна Волчек мне говорит: "Ну хорошо, в какой театр ты идешь?" Я говорю: "Ни в какой". У меня к тому времени печатались повести, я уже заканчивала аспирантуру в Литературном институте. Волчек на меня обиделась: неужели можно поверить, что артистка может перестать хотеть быть артисткой? С Галиной Борисовной у меня были замечательные отношения, я ее обожаю.

-А Марина Неёлова?
- Это одна из самых близких мне людей. Я крестная мать ее дочери Ники. Крестил ее отец Александр Мень. В тот день я подарила ему свою книжку, а он мне потом прислал свою. Когда я узнала о его страшной кончине, потом долго не могла прийти в себя.

- Где находите сюжеты?
- Когда я сажусь работать, не знаю, о чем буду писать. Так было и с "Актрисой", театральным детективом. Я только знала, что где-то там сидит дворянка на проходной... Кстати, по этому роману только что снят многосерийный телефильм.

- У вас скоро состоится и театральная премьера...
- Да, моноспектакль в филиале МХАТа. Вот я пьесу прочла и поняла: "Попалась!" Это история о корнях человеческих. Эпиграф замечательный: "Брошенным людям. Брошенным странам. Брошенным домам посвящается". Героиня, современная женщина, появляется в заколоченном доме. Она приехала его продать. Но предки сопротивляются - через кровь, через гены. И одерживают победу. Я за дом с корнями, с традициями, с любовью...
"Российская газета" от 6 февраля 2004 г.

**
"А зори здесь тихие..." 35 лет спустя: Галка
- Меня в этом фильме чуть взаправду на тот свет не отправили, – вспоминает Екатерина Маркова, исполнительница роли Галки Четвертак. – Помните сцену, когда я, испугавшись, выбегаю из кустов с криком «Мама!» и получаю выстрелы в спину? Ростоцкий решил снять крупный план спины – так, чтобы были видны дырочки от пули и кровь. Для этого изготовили тонкую доску, просверлили ее, «смонтировали» пузыречки искусственной крови и закрепили мне на спину. В момент выстрела электрическую цепь должно было замкнуть, гимнастерка должна была прорваться изнутри и хлынуть «кровь». Но пиротехники просчитались. «Выстрел» оказался куда мощней, чем планировалось. Мою гимнастерку разорвало в клочья! От увечья меня спасла лишь доска.

Екатерина Маркова – дочь писателя, первого секретаря Союза писателей и члена ЦК партии Георгия Маркова.
- Благодаря фильму я тоже стала литератором, как папа, - говорит Екатерина Маркова. – До этого я никогда ничего не писала, а впечатлений от поездок накопилось так много, что я написала очерк в журнал «Советский экран». Потом написала книги «Актриса» и «Каприз фаворита». Сейчас заканчиваю новую книжку «Плакальщица». Я писатель однозначно, а не человек театра и кино.

37 лет длится счастливый брак Екатерины Марковой с известным актером Георгием Тараторкиным. Сын - историк, кандидат наук, пишет докторскую диссертацию, дочка Анна – актриса.
Газета "Жизнь", 28 марта 2007

**
...я хочу спросить тебя совсем о другой Кате – Екатерине Марковой, твоей жене. Она же играла в «Современнике», красавица, умница. Почему ушла?
Г. Тараторкин: Она еще после «Современника» играла в первых искренних и трепетных антрепризах, не чета нынешнему чёсу – Аркадину в «Чайке». Потом еще был моноспектакль «Прощеное воскресенье» в Театре наций. И ставил его Геннадий Шапошников, с которым мы сейчас делали Колчака.
Катя оставила сцену, потому что в ней проснулся еще один Богом данный талант – способность писать. Она же фантастически пишет! Я, читая каждую ее новую книгу, понимаю, что совершенно не знаю ее – а ведь не вчера встретились, 36 лет уже в этом году.
(из интервью)